Poetry

Я пройду по одной половице и не пошатнусь,
по карнизу пробегу и не рухну.

Даниил Хармс

Walls

When you come into the room,
The walls pretend
they didn’t have a notice.
Smells of perfume…
And you announce your protest
Being undressed in holy gloom.

When your pictures come alive,
Walls pretend
they didn’t have a courage.
And they shrive….
Your heart’s in storage,
under breast where will survive.

When the reflection look at you,
Walls pretend
they didn’t have a mirror.
The burning view…
Your body shapes like killer
issuing shots in deja vu.

And when your shadow on the bed
Will look ahead and saying ‘STOP IT’

The curtains fall;
You stay like prophet
And walls’re ‘going slightly mad’.
and curtains dead

Площа

здається, що площі зроблені для створення
коли бажання перегукуються з кроками
одночасно молячись за кожне повторення
хвилинами, секундами, роками

тонкий заклик, доступний з кожного боку.
бачишь привид далеко – іди і обийми.
від п’яти до пальців, від ока до ока,
такі прості відстані незримі.

Коли разом побачимо завтрашній ранок,
тоді буде не страшно піднестися до хмари.
обнявшись, ми зможемо зустріти світанок,
на плечі ангела вставши кедами.

Stairway

I couldn’t think the stairway to heaven –
place in the mansard of the tragedy store.
If we can find this glorious venom
From level to devil, from devil to level
we’ll quietly go out for the last encore.

Mimicry woman, who sits before entrance,
selects virtue of unpredictable guests.
Every soul is supposed to be senseless
From menace to sentence, from sentence to menace.
Until the times come to confess.

I didn’t see an elevator in brothel.
Which call button isn’t stained with ice cream.
No one never pressed the cancel
Between hassle and razzle, between razzle and hassle.
With cold in the dream and eden in scream.

No one told
that in store and brothel
All tickets sold.

Підслуховування

У вогні тріщать старі пластинки,
Конверти порвані,
розлиті чорнило,
Нейлон червоніє на розпечених вуглинках,
губи не ціловані,
все слова заніміли.

Тиша залітає через дзвінкі щілини,
стіни обіймає,
які не в силах кричати.
На порожніх підмостках бенефіс павутини
музикантів немає,
співаки мовчати.

мелодії немає, є тільки слух.

#ghost_town

open the creaking doors,
#ghost_town,
take off the veil from unlucky face.
we heard angry river’s roars,
#ghost_town,
from the empty space.
while clever animals snore,
#ghost_town,
lead the way for their sharpened claws.
feel the lonely shore,
#ghost_town, –
click on the pause.

Splashes

Reflection never will be clear in splashes.
Water will ask: dust to dust?
I will answer: ashes to ashes.
Like a password of eternity question.
Water is serenity.
And where is passion?
Trail of stardust hides under water pressure.

To the Fallen

спазмы, рвущиеся из пут,
перевязанных сотнями женщин,
танцуют фанданго,
прямо тут,
на площади,
под кастаньеты с ума сошедших,
стоящих в очереди
из уснувших
минут,
составивших целую вечность,
мостовую окольцевавшую

одних ждут, других чтут.
по номеркам к падшим
идут сами падшие.

Шепiт

На кожен крок стає ближче.
Простягнеш руку – далі.
На що ти хлопець дивишся,
Коли відлуння співає?

Коли голоси зникають,
Прокричавши тобі прямо в розум,
Коли мовчання дрімає
Захрапевши під мляву прозу,

Окуляри одягни на себе
Розшукай частоти і хвилі.
Життя не буде на небi
Поки тут биття не зловили.

Waterfall

Она летела в водопад
Сорвав надетое бельё.
Скажи,
Как мог я быть не рад,
Когда летел подле неё?
Когда в воде мы сверху вниз
Одним прыжком сорвали куш…
Найди,
Не видя эпикриз,
Лекарство от невинных душ.
Она летела в водопад
Нагой, укрывшись в пелену,
Ты разгляди
Искрящий взгляд,
Дышать заставивший волну,
Парить в потоке горных круч,
Омывших блеск её телёс.
Поведай,
Как, не видя туч,
Прожить бесцеремонность грёз.

Lantern

#He runs through the crossroad in the roundabout way.
#She sits in the chair, collects glances and pray.
Moments separate the dividing line from the escape.
Patrol car passes by the sleeping landscape.

#He lays on the bench in front of the trees.
#She feels the fire on her frozen knees.
The dexterous flames spread to the leaves.
He gets scared and hides under the eaves.

#He sleeps on the carpet, near the moon.
#She blissfully yawns while she draws cartoon.
Oily paints flow across the shimmering screen
Moonlight completes the pictures with sheen.

#He climbs on the wall to top of the stare.
#She restless tosses and turns in the chair.
No light in the eyes. But light’s in the lamp.
The lantern is hold tight in her hand.

Lemon

люблю созерцать, как ты давишь лимон.
сок бежит по рукам,
направляясь ко дну стакана.
вещий сон никогда не привязан к глазам,
если их не раскрыть принудительно рано.
дави лимон мне назло, сиди по ночам.
хочу видеть руки,
налитые свежевыжатым соком.
мы больше не верим наивным мечтам,
но умеем делиться значительным опытом.
дави лимон до конца, разлей сок пополам.
дай вымою руки,
чтобы ты их больше не пачкала.
поднимем стаканы, поднесем их к губам,
сны не закончены, если не были начаты.

Sharpened

When you don’t have a time to open your eyes.

And close it again.
When your breath
Has no depth
After your rise
And veins have a dispute with strain.

Sharpened tops cut the air, cut the slippery sky.

Cut your freedom away.
From #before
To #nomore
And both of it lie.
Cause the truth have a new day.

And the nature of love burst by new wave…
Please, push the replay.

Paint

You try to find a synonym for a miracle.
Long way to heaven and short to star.
Wizards mislead,
Magic isn’t lyrical.
Stop read!
Your own novel is so far.

The inks has spread over the faded paper.
Heaven’s before you, star’s in your heart.
Words never stop.
Imagination’s above skyscraper,
Between tops,
Where dreams could depart.

The burning candles light the walls of castle.
Heaven and star sleep in your tired hands.
Fantasy craves,
Words is so facile…
Need to be brave
To see that is your paint.

Melting

Исчезающий снег
обнажает гниющих ангелов
рассечённых
по краю дороги.
Замерзших ранее,
чем увидели свет
фонаря
под тенью отсутствия бога.
Как же ты?
Дойдёшь или нет
по трупам былой мифологии?
Втихоря
наблюдая рассвет,
за спиной не имея подмоги?

Исчезающий снег
обнажает замерзшие звёзды.
Там, где были подснежники…
Их больше нет.
Под снегом раскинулись розы.

Lion

Lurking beast hide in the jungle,
broken branches beat on our face…
Our choice – we will be humble,
his – leaves to us reliable trace.

He grabs his prey with a booming growl.
He laughs very foolish, like a naughty boy.
He loves travellers without the scowl.
All that his claws require is joy.

He opens the doors of the secret shelter,
rovers will reach it by the only way.
If they’re know…We all have the center,
where we always something to say…

Look ahead… Have you ever seen lions,
which you wanted to hug the mane?
Don’t be afraid to break the silence…
Happiness bites without pain.

Here

Ты можешь остаться здесь, в самом центре?
подождать,
пока я не решу,
где сторона положительная,
а где отрицательная.
пока не пойму,
что действительность
сперва
безнадежно
бьёт остриём по касательной.
пока не дойду,
дыша
осторожно
до границы людского прозрения.
пока не найду,
что центр –
не начало окружности,
а только лишь
точка пересечения…

Ты можешь остаться здесь, в самом центре?
Я тебя заберу…

Music

У девушки украли фортепьяно,
А музыка осталась…
Она бьёт пальцами по воздуху,
Бросаясь в дрожь,
Как будто пьяная,
И кражи не было,
А ноты показались.
Не зная роздыху,
Промокнув под дождём,
Поверив в ложь,
Она по клавишам бьёт рьяно,
Которых нет…
А может быть и не было.
Как будто чья-то шалость,
Как будто лишь фантом,
С которым некогда расстались,
На площадь её вывел
Утром рано.
В дождь.
Чьи капли падали от форте до пиано.

Фантома нет.
Нет фортепьяно.
Есть только музыкальный инструмент.

Wine

Утопите меня в вине!
За стеклом, напоровшись на скалы,
Я останусь на дне бокала,
Кормой прислонившись к стене.

Застрелите меня в вине!
Что Вам белое пить понапрасну?
Доктора ведь советуют красным
Погибших лечить на войне.

Электричеством – тоже в вине!
Кипятильником раз и мгновенно –
Инородное тело с глинтвейном
По морозам согреет вдвойне.

Растворите меня в вине!
Чтоб напиток был пагубно сладок.
Чтоб сливая мясистый осадок,
Свой портрет разглядеть в хрустале.

Heptagon

Я – власть” – пролепетал один пьянчуга.
“А я – закон” – игриво выдавил второй.
“Я – депутат” – признался третий от испуга.
Четвертый пригрозил им всем войной.
“Я – государство” – пятый слишком деликатен.
“Верховный суд!”, и был таков шестой.
Седьмой молчал, перекрестившись под распятьем…
Восьмого не было – он просто был собой.

Cinema

One day Lumiere brothers departured by train
Without shot “the arrival”.
No Orson Welles, no Citizen Kane…
Take one was also a final.
All the cinemas waited the ultimate scene
And roar of endless applause.
Triumph of beauty impressed every screen,
Was it really? Yes, it really was.

Hungry

Я как окунь приплыл,
Поикрил, посмотрел,
Глазами повылуплялся.
И про сети забыл,
Прозевал, осмелел,
Но ни разу не попадался.
Рыбаки в темноте,
Вертят, крутят, ревут.
Полудурки, но верховодят.
Мысли нет, денег нет,
И не виден маршрут.
По заливу голодными ходят.

Shadows

Оставьте две тени наедине.
Выйдете вон!
Для них бесполезны тридэ-модели.
Им будет плевать на размеры сторон,
Когда их сечения – параллели.

Оставьте две тени друг с другом.
Без вас
Они образуют ячейку общества,
Несмотря на отсутствие патетических фраз
И полупьяной жалости от одиночества.

Оставьте две тени без света,
Щелчком
Стерев области их восприятия.
Лишь знайте…
в тёмном пространстве сомкнувшись тайком
Их контуры не разомкнут объятия.

Pendling

Have you ever delay
Start of new day
On a sun,
Looks more sleepy than you?
Have you ever compete
With morning. In speed.
And run
To capture the view?

Did you soar on Earth
in the trembling rebirth
Without
Lifting your feet?
Would you like to remain
And write every aim
Aloud,
If sunrise permit?

Every beam on the face
Glided to breath,
Simulated
The playin’ on strings.
Like musical sounds,
Which were walking around,
Creating
Celestial wings.

Have you ever allay and just fly away,
When you feelings were totally clear?
It was perfectly play about new day.
Or year. Maybe new year.

There

Я знаю, где край горизонта…
Вон там!
И знаю,
Где небо кончается.
Я знаю, где ветер летит по горам,
И куда они упираются.
Я знаю, где солнце встаёт
Где-то там…
И знаю,
Где день начинается.
Я знаю, где с облаком время плывёт,
И на что они распадаются.
Я знаю, где прячется ночь.
Только там.
И знаю,
Где свет выключается.
Я знаю, где с хохотом падает дождь
И маршами капли сбиваются.

Я знаю, где финиш у радуги –
Там.
И знаю,
За кем она тянется.

Signature

Every step have a signature’s lines
Which was pierced by painter’s easel.
If you blind, you won’t find the destination signs
Created by yourself… There’s no reason
To blur your symbol, which was drawn once.

None

Клеймо изумрудного неба
Под потолком запертой комнаты.
Старый чай с бергамотом,
Окутанный сном,
Отражает созвездие омута.

Пустота почерневших портьер,
Впитавших ментол перед окнами.
Там, где были шаги,
Остался стук в дверь…
И следы, многоопытно мокрые.

Faces

следы от портретов на поручнях,
на лестницах мелом рисованы,
на окна морозами брошены
и в клетки грудные закованы.

всё так же играет в видения,
лица примитивное зодчество.
в памяти есть отражения.
бумага лежит в одиночестве.